По утрам Лидия Львовна любила сидеть у окна в плетеном кресле, пить горячий шоколад из пузатой чашки и смотреть куда-нибудь вдаль. По крайней мере, ей хотелось думать, что она действительно смотрит вдаль, в какие-нибудь безбрежные просторы, а не в бетонную коробку соседней девятиэтажки.
Коробка была серой, местами потемневшей от сырости, с облупившейся кое-где штукатуркой.
Впрочем, Лидия Львовна старалась не задерживать взгляд на этом творении муниципальной архитектуры, а искала что-нибудь более зрелищное: например, толпившихся на ближайшей остановке пассажиров, чьи головы были дружно повернуты в ту сторону, откуда должен был появиться троллейбус.
Однако сегодня до созерцания дело не дошло. Лидия Львовна с изумлением увидела, как с крыши девятиэтажки, увенчанной телевизионными антеннами, вдруг заскользил вниз, держась за трос, ловкий человек в черном, облегающем тело костюме. Перебирая ногами по стене, он быстро добрался до пятого этажа и нырнул в лоджию.
- Что творит! – невольно воскликнула Лидия Львовна, успев навести на него окуляры бинокля, доставшегося ей в наследство от мужа-моряка. – Да никак это Лешка Городецкий! – определила она, присмотревшись к парню.
Лешка Городецкий был внуком ее безвременно ушедшей подруги и теперь в одиночку проживал в соседней квартире. Лешке было под тридцать, он увлекался скалолазанием и часто уезжал в горы.
Рассматривая теперь лоджию на пятом этаже, уставленную цветочными ящиками, горшками и вазонами разнообразной конфигурации, Лидия Львовна сделала вывод, что Лешка запрыгнул к людям небедным, коль те могли позволить себе такое разнообразие флоры и, соответственно, расход воды для ее полива. Стены лоджии, к тому же, были отделаны рельефным декоративным камнем в «греческом стиле».
- Ой! – в следующий момент Лидия Львовна отпрянула назад, поскольку ей показалось, что Городецкий оттуда, из-за вазонов, целится в нее из ружья.
Однако через минуту, набравшись смелости, она присмотрелась и поняла, что в руках Лешки был тоже бинокль, посредством которого он однозначно выявил факт наблюдения за ним со стороны Лидии Львовны.
- Теперь устранит меня, как свидетеля преступления! – ужаснулась она, допуская мысль, что пробравшийся в чужую квартиру Лешка заделался грабителем или, хуже того, маньяком.
Зная парня с пеленок, она все же постаралась найти гуманное объяснение его поступку. Допустим, со свойственной ему эксцентричностью в гости к кому-то пожаловал через окно. Или, быть может, кабель протягивал по просьбе хозяев.
Однако ни признаков трудовой, ни любовной деятельности при последующем пристальном наблюдении установить не удалось. Лешка исчез в глубине квартиры и больше не появлялся.
Напомнив себе о том, что вечером к ней заглянет, по своему обыкновению, приятный во всех отношениях вдовец Серафим Николаевич, Лидия Львовна оставила наблюдательный пункт и отправилась в ближайший супермаркет за продуктами. Выйдя из подъезда, она нос к носу столкнулась с Лешкой Городецким, облаченным все в тот же спортивный костюм. На плече у него болталась большая сумка.
- Ох, проказник! – шутливо погрозила ему пальцем Лидия Львовна, а он с озорным вызовом поднял бровь и некоторое время смотрел ей вслед, пока она вперевалку двигалась в сторону бульвара, намереваясь под тенью дерев проследовать в супермаркет.
К семи часам вечера Лидия Львовна уже была готова к встрече Серафима Николаевича. В глубокой миске горкой возвышались толстенькие, душистые, фаршированные мясом перцы, политые томатным соусом, а рядом, поменьше, стояло блюдо с блинами. Чай был заварен и телевизор включен. В это время по вечерам Лидия Львовна и Серафим Николаевич всегда смотрели местную «Криминальную хронику». И хотя теперь любая телепрограмма, какую ни включи, претендовала на звание криминальной, все же эта была наиболее криминальной из всех.
Серафим Николаевич явился ровно в семь. Его пунктуальность была удивительной.
Лидия Львовна была знакома с Серафимом Николаевичем не больше месяца, не переставая удивляться его аккуратности. Действия у него всегда были последовательными. Он поставил портфель на тумбочку под вешалкой, убедившись в устойчивом его положении; снял туфли, задвинул их под полку; надел тапки; снял и повесил на вешалку пиджак, расправив на нем складки; вымыл руки с мылом; поцеловал Лидию Львовну в щеку и после этого сел на свой стул во главе стола.
За ужином они тихо позвякивали вилками, обсуждая капризы летней погоды и вполуха прислушиваясь к голосу телекомментатора. Вдруг Лидия Львовна замерла с полуоткрытым ртом: на экране появилась та самая девятиэтажка, по стене которой сегодня резво передвигался Лешка Городецкий. Голос за кадром трагически известил:
- В этом доме, в одной из квартир на пятом этаже, сегодня обнаружен труп хозяйки, умерщвленной ядом змеи, естественным ареалом обитания которой являются горы Средней Азии. Рептилия найдена в ванной, отловлена, обезврежена, и теперь не представляет опасности для окружающих. Правоохранительные органы проводят необходимые следственные действия…
Анна Львовна, наконец, сумела проглотить блинчик и уставилась на Серафима Николаевича глазами, полными ужаса. Неужели Лешка Городецкий подкинул ядовитое пресмыкающееся в чужую квартиру?
- И теперь он захочет сделать то же самое со мной! - наконец, выдавила она.
Надо сказать, что Серафим Николаевич, несмотря на пенсионный возраст, служил в какой-то охранной структуре и знал толк в вопросах безопасности. Выслушав сбивчивый рассказ Лидии Львовны, он отложил вилку, встал, вымыл руки с мылом, вытер их салфеткой, свернул салфетку и бросил ее в мусорное ведро, вышел на балкон и воспользовался всегда лежавшим там биноклем, чтобы пристально рассмотреть упомянутую лоджию.
- И что ты там видела, Лидусь?
- Я видела там Лешку, соседа!
- Не понимаю! – несколько недовольным голосом произнес Серафим Николаевич. – Как мог оказаться там этот Лешка?
- Он влез туда с крыши! И, конечно, именно он подсунул туда змею!
- Говоришь, этот Лешка видел, что ты наблюдаешь за ним? - Серафим Николаевич отложил бинокль, сел за стол и стал барабанить пальцами, что-то сосредоточенно обдумывая. - Значит, он усек этот факт?
- Усек, Симочка!
Серафим Николаевич взял блинчик и машинально его сжевал.
- Надо сообщить об этом в милицию, - заявил он.
Под пристальным взглядом Серафима Николаевича Лидия Львовна дрожащей рукой сняла трубку телефонного аппарата. На ее лице выразилось недоумение.
- Симочка, - растерянно сказала она, протягивая ему трубку. – Гудка нет! Телефон не работает! Он перерезал нам провода!
Серафим Николаевич внимательно обследовал внутриквартирные коммуникации, вышел на лестничную клетку, но и там они были в полном порядке.
- А что, у вас телефон тоже не работает? – раздался в этот момент бодрый голос Лешки Городецкого, выглянувшего из своей квартиры.
- Наверное, провод поврежден на входе в дом, - завершил свое обследование Серафим Николаевич, даже не взглянув в сторону Городецкого.
Лидия Львовна на всякий случай внимательно осмотрела пол в коридоре и даже приподняла коврик у двери, где вполне могла притаиться подброшенная Лешкой змея.
- Ладно, - сказал Серафим Николаевич, возвращаясь в квартиру. – Сегодня я инкогнито останусь у тебя ночевать. На всякий случай.
- То есть как?
- Сделаю вид, что ухожу. А сам незаметно вернусь.
- Чтобы Лешка подумал, что я тут одна, и напал на меня? - план не слишком понравился Лидии Львовне.
- Но я-то буду рядом и мы быстро выведем его на чистую воду, - успокоил ее Серафим Николаевич. - А пока я оставлю здесь свой портфельчик, - он повозился в углу, перемещая портфель с тумбочки на пол у входной двери. – Уйду незаметно, но вскоре вернусь - тайным образом.
 Он надел пиджак и туфли, громко хлопнул входной дверью и отчетливо произнес на лестничной клетке:
- До свидания, Лидия Львовна! Я ушел! – и направился в сторону лифта, который вскоре загудел и тронулся вниз.
Лидия Львовна осталась одна.
Прошло пять минут, десять, двадцать. Серафим Николаевич не возвращался ни инкогнито, ни открыто.
Лидия Львовна выходила на балкон, всматривалась вниз, набирала по мобильнику его номер, но абонент был вне зоны доступности.
В этот момент в ее дверь кто-то забарабанил, и в глазок она увидела Лешку Городецкого.
- Тетечка Лидочка! – с мольбой в голосе взывал тот. – У меня захлопнулась дверь изнутри, я не могу войти в свою квартиру!
- Так слезь туда с крыши, - посоветовала она, не отпирая ему.
- Не могу! Снаряжение альпинистское осталось внутри! Мне бы один звоночек сделать с вашего мобильника! Слесарю!
- А разве слесарь еще на работе? Вечер уже!
Она хотела ему сообщить, что скоро придет Серафим Николаевич, но вспомнила об инкогнито и промолчала.
- Теть Лид, ну что же вы? – снова донесся Лешкин голос. – Не ночевать же мне в коридоре!
- А ты иди сразу в милицию! – выкрикнула она. – Сдаваться! Или хочешь, чтобы я туда позвонила?
- Теть Лид, лучше впустите меня, а не то вам хуже будет! Пожалеете еще! - снова выкрикнул он.
Потом его голос, наконец, стих. А Серафима Николаевича все еще не было.
За месяц, прошедший со дня их знакомства, Лидия Львовна привязалась к этому приличному, спокойному, аккуратному, пунктуальному и оттого казавшемуся очень надежным человеку. Он обожал ее стряпню и любил посидеть допоздна на балкончике. Виды, сами знаете, какие: девятиэтажный жилой дом да троллейбусная остановка. Но Серафим Николаевич брал бинокль и сидел порой до темноты, развлекаясь таким невинным образом.
А когда приходило время ложиться спать, он прощался с Лидией Львовной и удалялся к себе домой, дабы не оставлять в одиночестве престарелую мать. Так, по крайней мере, объяснял свой уход.
Вновь прильнув к дверному глазку, Лидия Львовна увидела, что Лешка понуро сидит на коврике под своей дверью.
- Заходи уж! – сказала она. - Вижу, не врешь. Возьми у меня инструмент!
Шустрый Лешка мигом внедрился в квартиру, зацепившись ногой за портфель Серафима Николаевича, стоявший не на своем месте, а на полу у входной двери.
- Что за мешок у тебя в руках? – вскрикнула Лидия Львовна, не ожидавшая от Лешки ничего хорошего.
- Не двигаться! – воскликнул он не своим голосом.
И тут она увидела, что над портфелем Серафима Николаевича извивалась змеиная головка. Раздвоенный язычок трепетал, издавая шипящие звуки.
- Гад! - закричала Лидия Львовна, сама не зная, кого имела в виду: Лешку или змею.
Но парень уже ловко сунул змею в мешок.
 – Вот, теть Лид, - сказал он с облегчением. – Змеелов я!
Ноги у нее подкосились, и она повалилась на стул.
На столе все еще стояли блюда с недоеденными фаршированными перцами и блинами. Лешка направился прямо туда и смачно сжевал один блин, свернув его в трубочку и обмакнув в сметану.
- Такое ощущение, теть Лид, будто вы с Луны свалились, - сказал он, промокнув губы салфеткой, а потом скомкал ее как попало и бросил прямо на стол, чего никогда бы не сделал Серафим Николаевич. – Меня за убийцу принимаете! С чего это вам взбрела в голову такая чушь?
- Но ты же там был! – указала она на девятиэтажку.
- Был - по зову родной милиции! – с гордостью пояснил Лешка. -  Бронированную дверь в квартиру открыть не могли, вот и попросили меня проникнуть туда по всем канонам скалолазания. Заодно и змею отловить.
- Но кто ж тогда ее подбросил туда? И... сюда тоже? - упавшим голосом спросила Лидия Львовна.
- Эх, теть Лид! – укоризненно заявил Лешка. - Розовые очки снимите! - он с тарелочкой проследовал на балкон. - Уютненько тут у вас. Креслице плетеное, фикус, бинокль…
- И Серафиму Николаевичу нравится! – добавила она.
- А где вы с ним, собственно, познакомились? С Серафимом-то этим?
Лидия Львовна смутилась. Не станешь же рассказывать парню, как месяц назад она приметила прилично одетого, степенного Серафима на площадке возле дома, где он прогуливался светлыми летними вечерами, ненароком поглядывая на нее, сидящую на балконе третьего этажа. Перебросились взглядом, потом словом, а потом он стал захаживать к ней.
Лидия Львовна радостно встрепенулась, услышав трель дверного звонка: наконец-то, пришел Серафимушка! Выглянув в дверной глазок, она вздохнула с облегчением: Серафим Николаевич привел двух милиционеров! Однако в следующий момент, впустив посетителей в квартиру, изменилась в лице: на запястьях Серафима блестели наручники.
- Эй, Городецкий! – окликнул кто-то из милиционеров Лешку, который спешно запихивал в рот очередной фаршированный перчик. – Отловили мы киллера змеиного!
- А я вам вещдок приберег! - указал он на мешок, в котором извивалась змея. - И портфельчик тут вот!
- А покажите-ка нам, уважаемая, - обратились милиционеры к Лидии Львовне, вожделенно поглядывая на фаршированные перцы, - с какого такого балкончика вел наблюдение за квартирой своей конкурентши сей задержанный гражданин?
Лидия Львовна, онемев от ужаса, указала нужное направление.
- Теперь вы поняли, кто таков ваш Серафимушка? - шепнул ей на ухо Лешка. – Самый настоящий киллер, только в ход он пускает не пули, а змей! Думаете, для чего он вам свой портфельчик оставил? Чтобы ночью гадюка вылезла и цапнула вас за пятку! Как свидетеля! А вы, теть Лид, сразу на меня! Чуть что, Лешка у вас виноват!
Она по-бабьи закрыла ладонью свой рот, чтобы вздох отчаяния не вырвался наружу.
Ее глаза были красноречивее слов.